Парень с улицы Правды
Flower

Павел Коган жил до войны на нашей улице. На той самой улице Правды, где сейчас находится редакция журнала "Родина".

Есть у меня и личное пересечение с Павлом. Стихосплетение, как сказал бы он.

Однажды в армии я простыл. Послушав мои легкие, наш батальонный фельдшер прапорщик Скрябин попросил у комбата газик и отвез меня в Красноуральск. До полкового госпиталя было далеко, и я попал в обычную городскую больницу. Ее мрачное здание было сложено из темно-красного кирпича в эпоху первых пятилеток. В нашем отделении лежали шахтеры-астматики. По полу змеились трубки от капельниц.

Один из шахтеров дал мне почитать журнал "Огонек" - уже перестроечный.

В том номере была напечатана беседа с поэтом Давидом Самойловым. В ней он среди прочего рассказал, как после ранения оказался в красноуральском (!) госпитале и здесь до него дошла весть о гибели Павла Когана под Новороссийском.

"Бригантину" я помнил, "Сороковые, роковые..." читал, и мне вдруг захотелось написать Самойлову. Вот, мол, лежу в тех же стенах, где вас выхаживали после ранения на фронте, в субботу возвращаюсь в строй, утром поведу свой взвод в баню, а вечером заступлю в караул.

Письмо вышло глупым, детским. Я был одним из тех мальчиков, о которых не без издевки писал Коган:

...мальчики иных веков,Наверное, будут плакать ночьюО времени большевиков.И будут жаловаться милым,Что не родились в те года...

Я не плакал и не жаловался, но досада была. Письмо я порвал.

В юношеских стихах Павла Когана слова "бой", "кровь", "пуля", "патроны" мелькают как приметы времени, без всякого пафоса, - ну как, к примеру, керосиновая лавка, тыквенная каша, папиросы и "рахитичные колеса грузовика системы АМО". Милитаризм был чужд ему.

Павел и его друзья в отличии от предыдущего поколения не верили в то, что насилием можно сделать мир справедливее и добрее. Да, они готовились воевать, но не за абстрактные идеи, а за родину, за маму, за невесту.

В своей неоконченной поэме Павел вспоминает, как в детском саду воспитательница давала малышам урок ненависти: сказала, что куклы - это буржуи, и раздала детям палки.

Сначала кукол били чинноИ тех не били, кто упал,Но пафос бойни беспричиннойУже под сердце подступал...

Павел бить кукол отказался, палку отбросил и заплакал. Воспитательница назвала его "лживым эгоистом", "испорченным ребенком" и "буржуазным гуманистом".

В ту пору, когда гуманистов превращали в лагерную пыль, гуманизм жил в сердцах мальчишек. Самойлов, вспоминая друзей, писал:

Перебирая наши даты,Я обращаюсь к тем ребятам,Что в сорок первом шли в солдатыИ в гуманисты в сорок пятом...

А один из "тех ребят" еще в 1938-м писал про сорок пятый год и мальчишек, павших под Берлином:

Когда-нибудь в пятидесятыхХудожники от мук сопреют,Пока они изобразят их,Погибших возле речки Шпрее...

"Потери личного состава войск 1-го Украинского фронта при прорыве обороны противника на Нейсе и Шпрее составили: убитыми - 6024 человека; ранеными - 25 204 человека; пропавшими без вести - 310 человек..." (Из боевого донесения, апрель 1945 года).

2018-07-06 15:52:58
ОбзорИнтернет.РФ Все права защищены. При копировании материала ссылка на сайт обязательна.